Наверх
vorle.ru

Директор "Рудгормаша" выводил активы и паразитировал на предприятии

Автор Сообщение
ivanushka
28 Фев, 2013 10:02

Набрёл в Сети на интересную статью о ситуации на многострадальном воронежском предприятии &quot;Рудгормаш&quot;. Изложенные факты, сразу скажу, впечатляют. <br />
<br />
Как и почему фактический руководитель «Рудгормаша» А. Чекменев стал раковой опухолью для воронежского бизнес-сообщества?<br />
Когда он кричит о рейдерском захвате предприятия, умные люди должны знать, что именно он и есть рейдер, который благодаря мошенническим схемам вывел все ключевые активы завода, чудовищно оптимизируя при этом уплату налогов и сборов<br />
<br />
По одному из самых резонансных дел за последние пять лет в Воронежской области – делу Анатолия Чекменева и предприятия «Рудгормаш» – идет суд, и обвинения серьезны. Каково будет решение суда, учитывая метаморфозы данной системы, предположить сложно, но я знаю одно: мы имеем дело с вопиющими фактами вывода активов, банкротства предприятия и паразитирования на интересах реального завода, трудового коллектива, интересах государства. И все нити самых негативных проявлений становления дикого капитализма, самых мерзких поступков ведут к одному человеку – Анатолию Чекменеву, бывшему генеральному директору, ныне фактическому руководителю данного предприятия.<br />
<br />
Несложные секреты чекменевских разводов<br />
Нет, речь далее пойдет не о личной жизни А. Чекменева и тем более не о его разводах с женщинами, хотя стоит отметить, что женат он был три раза. Слово «разводы» употребляется здесь в том значении, которое оно имеет в бандитской лексике, то есть в значении обмана, получения чего-либо нечестным путем. К 2004 году Анатолий Чекменев как способный ученик подлого времени дикого первоначального накопления капитала освоил некие азы. Речь идет о достаточно распространенном обмане государства – оптимизации уплаты налогов и платежей в различные фонды. Еще в 1999 году был создан Торговый дом «Рудгормаш». Смысл этой хитроумной комбинации состоял в следующем: продукцию сначала отдавали в торговый дом, затем торговый дом ее реализовывал. Но хитроумность замысла заключалась в том, что в результате определенных манипуляций формировалась искусственная задолженность, и в итоге выходило, что не Торговый дом должен «Рудгормашу», где работал 2,5-тысячный трудовой коллектив, а «Рудгормаш» – Торговому дому. Затем эта комбинация послужит основой для вывода активов и банкротства.<br />
В 2004 году на предприятие пришли два человека: В. Суховерхов и человек с типично воронежской фамилией Попов – правда, не из Воронежа, а из Орехово-Зуево. Если гражданина Попова мало кто знал, то Вадим Суховерхов был у всех на слуху – бывший заместитель губернатора по инвестициям в команде И. Шабанова в 1997-1998 годах. Как отмечают знающие люди, по большому счету, за всю историю завода это была единственная попытка рейдерского захвата.<br />
Правда, рейдеры оказались неискушенными и неопытными, и А. Чекменев их достаточно быстро раскусил и, как в фильме о бароне Мюнхаузене великого мастера иронии Г. Горина, «сначала были торжества, потом аресты». А. Чекменев также решил совместить эти два деловых жанра деловых жанра. В чем заключалось такое совмещение? Интегрируя в свое предприятие, Анатолий Чекменев их руками, точнее, с помощью их подписей начал фактический вывод активов (это действо сейчас фигурирует в уголовном деле, которое рассматривает суд). С другой стороны, когда основная часть черновой работы была ими выполнена, он заклеймил их публично позором, назвав рейдерами, и выдавил с предприятия.<br />
Логично возникает вопрос: а как вообще возможен вывод активов без ведома акционеров? Да и зачем выводить активы у самого себя? Ответ достаточно прост: у Чекменева была основная цель – стать реальным и полноправным хозяином. У него был реальный вариант – просто выкупить акции у акционеров. Но это дорого, хотя, надо отдать должное, часть он все же выкупил. А потом задумался о том, зачем их выкупать, тратиться, когда есть гораздо более дешевый вариант обогащения – вывод активов предприятия. А без этих активов и завод не завод – к тому же у него остается определенный контроль.<br />
Помимо вывода активов, который проводился под шумиху «рейдеры пытаются захватить завод», А. Чекменев стал умело играть на интересах государства. В этот период времени завод перестал платить налоги, отчисления в различные фонды, и самое парадоксальное состояло в том, что в этот период – 2004-2005 годы – все фискальные и контролирующие органы смотрели на безобразие сквозь пальцы, хотя малый и средний бизнес щемили по полной программе.<br />
Вы спросите: «А куда же смотрело руководство области, губернатор В. Кулаков, ему же докладывали о том, что происходит на «Рудгормаше»? Неужели он не дал указания правоохранительным органам, в частности ГУВД, проверить ситуацию по всей строгости закона, тем более, что над Чекменевым уже тогда как минимум маячила статья «Мошенничество»? Но секреты «живучести» А. Чекменева не так сложны, как это может показаться на первый взгляд. Он грамотно уходил от угрожавшей ему опасности и умело разводил тех, с кем вел бизнес-проекты.<br />
Его основное кредо заключалось в том, что любого чиновника, любого представителя правоохранительных органов можно «заинтересовать». И он находил подходы – нет, вы не подумайте, что это был вульгарный прием дать взятку. Все было гораздо интереснее и изощреннее. Он втирался к людям в доверие, производил впечатление. Например, знающие его люди рассказывают о том, как он шутками и прибаутками, байками зондировал человека. Причем байки иногда были скабрезными, например, о том, как его 90-летний дед общался с 15-летней родственницей. Это приносило эффект, было сказано шутливо, и если человек на это попадался, обработка продолжалась дальше: выезд на поляну, на дачу, в сауну с девушками. Горячительные напитки, хороший ужин также производили впечатление, однако более всего достигать нужного результата помогало общение и внимание со стороны Анатолия Чекменева, которое заслуживает отдельного разговора.<br />
Ну, а потом в ход шла тяжелая артиллерия. К примеру, разве можно назвать примитивной взяткой покупку предприятием «Рудгормаш» компьютеров и их передачу какому-либо правоохранительному ведомству? Конечно же, нет. А доброжелательное отношение и внимание к налоговой инспекции по Левобережному району? Да, они составляли определенные документы на «Рудгормаш», да, были судебные решения, но и руководство службы судебных приставов по Левобережному району, где находится «Рудгормаш», тоже смотрело сквозь пальцы на «чудачества» Чекменева. Да и могло ли быть иначе, ведь руководство налоговой инспекции района и службы судебных приставов по этому району возглавлялись людьми, находившимися в родственных отношениях, а проложить тропинку к их сердцам Чекменеву не составляло особого труда?..<br />
Да что там налоговики, приставы, «большие» милиционеры, представители других ведомств, которые не давали ход делам с серьезными сроками заключения?! Сам тогдашний губернатор В. Кулаков находился в приятельских отношениях с Чекменевым и активно помогал ему уходить от справедливого возмездия закона. Ведь Кулаков в эти годы и сам был по уши в не совсем безупречных в правовом отношении делах.<br />
Кстати, сейчас следственный комитет рассматривает дело «Воронежинвеста» – главного проекта в период правления губернатора Кулакова. В рамках данной аферы из областного бюджета был уведен один миллиард рублей. Так что эти друзья, Кулаков и Чекменев, были почти партнерами. Знающие люди утверждают, что Чекменев пинком открывал дверь в кабинет генерал-губернатора, занося устные, да и не только, благодарности за помощь и поддержку. Именно в 2006 году Чекменев продал москвичам предприятие «Тихий Дон» на юге Воронежской области, которое, как и «Павловскгранит», занималось добычей и продажей гранита. Говорят, 20 млн рублей чистыми, без уплаты налогов, пошли на «благотворительность». Кому? Попробуйте угадать с трех раз.<br />
<br />
250 млн рублей ежегодно - на обогащение и «создание благоприятных условий»<br />
В 2006 году предприятию «Рудгормаш» повезло: испытывающему трудности, но перспективному заводу был дан шанс на развитие в виде ответственного бизнесмена, инвестора. Виталий Кисличенко, руководитель «Спецстальинжиниринга», заинтересовался производством и вступил в деловые переговоры с А. Чекменевым. Он не скрывал, что готов вложиться в предприятие, обновить оборудование, подыскать новых толковых менеджеров, предложить новую линейку продуктов – в общем, сделать те действия, которые характеризуют ответственного инвестора. Первым рациональным шагом В. Кисличенко стала покупка акций. Около 160 млн рублей – в общем-то немалые деньги – было фактически вложено в предприятие. Инвестор со стороны приобрел блокирующий пакет – 25% плюс одна акция.<br />
Безусловно, Кисличенко располагал реальной информацией о трудносятх предприятия, догадывался, что и Чекменев как партнер не подарок. Но его окрыляла вера в перспективу «Рудгормаша», тем более, что он знал, что это живое, работающее предприятие с квалифицированными рабочими и специалистами среднего звена. Весомость бренду «Рудгормаш» придавал тот факт, что несмотря ни на какие трудности, костяк рабочих оставался (копеечная зарплата и задержки в ее выплате были ничто в сравнении с их верой в традиции и перспективу). Кисличенко знал также о том, что на заводе сохраняется главная скрепа рабочего производства – целые рабочие династии. С таким потенциалом можно было переломить неблагоприятные тенденции, тем более, что у него был реальный план вывода предприятия на передовые позиции. Да и рабочие были готовы трудиться по-стахановки, фактически как рабы на галерах.<br />
Вначале у Кисличенко с Чекменевым все шло хорошо. Дружба, обсуждение планов, конструктивное сотрудничество в принятии решений. Но после того, как у инвестора оказалось 25,2% акций, которые дали основания Кисличенко войти в совет директоров, положение кардинально изменилось. Для Чекменева это стало прямой и явной угрозой. Конечно, порядка 160 млн рублей инвестиций, которые шли от Кисличенко, были серьезной суммой, но не такой, чтобы изумить «хозяина» предприятия. Да и реальные планы модернизации производства, которые сулили затем через определенное время серьезную прибыль, его не вдохновляли. Последовательное, а фактически рутинное, прозрачное, а реально – не контролируемое Чекменевым развитие событий становилось серьезной проблемой. Хотя бы потому, что возможность получения бешеных денег в результате неуплаты налогов и вывода активов, напоминавшая пир во время чумы, привлекала его гораздо больше.<br />
Ну, посудите сами: по прогнозам экспертов, оптимизация налогов, вывод активов, причем всех до копейки, давало Чекменеву 200-250 млн рублей в год не контролируемой никем прибыли. Спросите, как это удавалось? А очень просто: мы уже говорили о создании торгового дома. По такой же схеме, как грибы после дождя, вокруг завода создавались фирмы и фирмочки, которые помогали обогащаться – законными и незаконными способами. Для примера назовем так называемое представительство. Их было порядка семи – и как звучали: представительство Индии, Украины, Казахстана, Урала, Санкт-Петербурга, Кузбасса, Москвы. Это же ведь свои представительства, поэтому все происходило по следующей схеме: завод производит бурильный станок, его стоимость на рынке может варьироваться от 18 до 21 млн рублей, продавали его за 12-13 млн, и нехитрый подсчет позволяет увидеть, что за каждой сделкой по продаже станка получалось порядка 8 млн рублей для дополнительного обогащения хозяина предприятия.<br />
Таким образом, именно эта конкретная непрозрачная прибыль отбивала у А. Чекменева реальное желание что-либо менять к лучшему. Поэтому неудивительно, что реальный инвестор В. Кисличенко из друзей и партнеров стал оппонентом, а потом и реальным врагом такой вот не то, что безбедной, а роскошной жизни новых хозяев России, которые не научились созидать и развивать, зато приноровились лихо дербанить и растаскивать.<br />
А теперь перейдем к конкретным вещам. Благодаря своему знакомству с руководством Орловского филиала ФСФР (держатель реестра акционерных обществ, к которому Чекменев тоже нашел подход), удалось запустить манипулятивную схему, чтобы В. Кисличенко не вошел в совет директоров. «Помогали» А. Чекменеву и почтовики, находящиеся тоже на подкормке, чтобы владелец 25,2% акций не получал извещений о собрании акционеров. В результате Чекменеву удалось «развести» реального инвестора, и законный акционер, владеющий блокирующим пакетом акций, ни разу не воспользовался своим правом для модернизации производства и вывода предприятия из тяжелого положения.<br />
Спустя время В. Кисличенко надоело бороться с ветряными мельницами, он прекрасно понял, что правды ему не найти ни у правоохранительных органов (компьютеры и другие сюрпризы сделали свое дело), ни у руководителя области В. Кулакова, который не только благоволил Чекменеву, но и сам имел отношение к рейдерским захватам других воронежских предприятий. История с Кисличенко завершается на том, что, не выдержав унизительных ситуаций, он продает свои акции за 206 млн рублей. Он возвращает свои деньги, да еще и получает определенные средства за издержки и моральные унижения. А в это время дела на предприятии не становятся лучше. Но для хозяина «Рудгормаша» Чекменева это не так важно. Для него важно, что бабки идут, механизм работает, а правоохранительная система и региональные власти защищают его от возмездия закона.<br />
<br />
Реальных инвесторов публично объявляли рейдерами, чтобы потом их обмануть и кинуть<br />
Сколько напастей и вреда за эти годы принесено «Рудгормашу» и его трудовому коллективу, не счесть. Но странным образом предприятие работает, производя продукцию, и самое интересное, что работает, по признанию многих, не благодаря Чекменеву, а вопреки ему. Можно только подивиться терпению рабочего люда. Именно эта энергетика, эти посылы формируют интерес других инорегиональных инвесторов. У тех, кто купил пакет акций у В. Кисличенко, были абсолютно здравые и реалистичные идеи сделать предприятие лучше и эффективней.<br />
Два предпринимателя, бизнесмена-инвестора Недорослев («Каскол») и Мисерва («Сахалинуголь») всерьез заинтересовались производством. Им позарез необходимо было качественное машиностроительное оборудование. Именно с этой целью они вложились в предприятие. Кроме задач модернизации, они готовы были обсуждать с Чекменевым и другую, более серьезную задачу – выход продукции «Рудгормаша» на новые рынки. Причем они обладали и лоббистскими возможностями, и возможностями реального технического перевооружения предприятия. 206 млн рублей за акции они заплатили в сентябре 2007 года. Как мы понимаем, эти два предпринимателя и Чекменев вначале также находились в дружбе.<br />
Однако вполне естественно, что бизнесмены хотели войти в реальное управление предприятием, т.е. в совет директоров. И как мы помним по опыту других, это сразу же превратило Недорослева и Мисерву с одной стороны и Чекменева с другой во врагов-антагонистов (письма инвесторов о помощи во все инстанции о многом говорят). В отношении инвесторов сразу же стала реализовываться комбинация с прежними приемами и заготовками, хотя в начале ничего не предвещало проблем. Чекменев вроде бы шел на контакт, намерения сторон относительно управления предприятием были оформлены в виде расписки, некого предварительного соглашения, которое было оформлено как идеальный документ и положено в сейф Воронежского филиала «Промсвязьбанка», закрытого на два замка, ключ от первого из которых находился у одной стороны, от второго – у другой.<br />
То есть, получить этот документ могли только обе стороны совместно. Зная о, мягко говоря, непостоянстве характера А. Чекменева, эти инвесторы в формате расписки оформили некие правила об условиях дельнейшего ведения бизнеса. Но эти честные, юридически прописанные правила дали инвесторам немного. Они еще не знали, какую воронежскую одиссею со Сциллой и Харибдой им придется пройти, на какие ухищрения пойдет А. Чекменев, чтобы не допустить вхождения инвесторов в управление предприятием.<br />
Короче говоря, как и у Кисличенко, у двух бизнесменов не получилось ничего с проектом «Рудгормаш» – во всяком случае, пока. И надо отдать им должное, это не были юнцы-идеалисты, это были опытные бизнесмены-управленцы. И вместе с тем они попались. Попались на разводы Чекменева. Нет смысла описывать их мытарства. Юристы звонят Чекменеву – им не отвечают, приезжают на место – и не могут найти нужных людей, обращаются в правоохранительные органы – и там засада, обращаются к губернатору В. Кулакову – никаких подвижек.<br />
Возникает резонный вопрос: неужели нет управы на Чекменева абсолютно законными средствами у инвесторов, которые владеют блокирующим пакетом акций? Неужели в Воронежской области 2007-2008 годов не было ни одной государственной структуры, ни одного ведомства, которое смогло бы защитить не только законные интересы реальных инвесторов, но даже государственные интересы? Ведь выводились активы предприятия, не платились налоги в бюджеты всех уровней, отчисления? Какое же странное и страшное время!<br />
<br />
«Гадючий угол» втягивал чиновников и правоохранителей в коррупционную орбиту влияния А. Чекменева<br />
Анализируя вышеописанные факты и события, невольно задаешься вопросом: «Как же удавалось такому человеку, как А. Чекменев, водить за нос умных и опытных инвесторов, держать на поводке ключевых областных чиновников, правоохранителей, да и тех, кто формирует общественное мнение? Причем надо сказать, что А. Чекменев не гений и даже не человек с семью пядями во лбу. О фактах реальной биографии «выдающегося менеджера» судите сами.<br />
Неполную среднюю школу еле-еле закончил на тройки, в школе при заводе учился даже не очно, а заочно, получается, среднее образование, учеба в вузе, диплом которого имеет, это отдельная песня. Во всяком случае, сокурсники на встрече выпускников иронично и по-доброму спрашивают Анатолия Николаевича: «Как же ты получил диплом, если мы тебя даже на сессиях не видели?» Однако при этом Чекменев каким-то сказочным образом защищает сначала кандидатскую, а через 3-4 года – и докторскую по экономике. Правда, спроси его, как звучит тема его докторской диссертации, он, скорее всего, не скажет. Впрочем, тому, где он защищался, как защищался и как получил диплом, будет посвящена отдельная статья журналистского расследования.<br />
Но все же вернемся к тому вопросу, который был задан, причем внимательный читатель поймет, что мы задаем этот вопрос второй раз. Увидит он и то, что один ответ на этот вопрос уже прозвучал. Водка, слабый пол и финансовый ресурс – не слишком искусный механизм формирования лояльности к себе партнеров, власти, правоохранителей. «Интегрировать под себя благодаря этому методу можно любого», – так, очевидно, рассуждал наш герой. Но к этому ответу требуются специфические объяснения.<br />
У А. Чекменева было удивительное место, где проходили переговоры и уговоры. Его любимую дачу в Новоусманском районе с сауной и контингентом знающие люди любили называть «Гадючий угол». Наверное, потому, что там действительно водились ядовитые змеи, которые, однако, при соответствующих условиях для хозяина и гостей были неопасны. Другой специфической особенностью работы с оппонентами можно считать фактор «общения» с друзьями и не очень . Когда в речи звучали слова «урки», «уговорить», «убрать», было понятно, о чем шел разговор.<br />
Ну, и самое важное – не стоит оглуплять главного героя. При всем отсутствии качественного образования, глубоких знаний, постоянном нахождении навеселе, проблемах со здоровьем (в 2008 году – операция на сердце в Германии), «выдающийся менеджер», который так лихо разводил вся и всех, обладал звериной интуицией, позволявшей ему вести дела на грани фола, переходя границу и достаточно грамотно выходя сухим из воды.<br />
Разумеется, те, кого он обманул или обманывает до сих пор, предприняли ряд действий, включая заявления в правоохранительные органы, которые все же не могли пройти бесследно. В 2006 году было подано заявление в прокуратуру, в котором отмечалось, что Чекменевым создана преступная схема по выводу активов. В январе 2007 года уголовное дело ведет прокуратура Левобережного района. Документы настолько убийственны, что небольшой срок для Чекменева юристы сочли бы за благо. Но… по каким-то неясным для широкой общественности причинам дело было прекращено и списано в архив. Вместе с тем что Кисличенко, что Недорослев и Мисерва, уязвленные глубокой психологической травмой, нанесенной им Чекменевым, не давали исчезнуть этому делу и имели на то законные основания.<br />
Бизнесмены-инвесторы летом 2008 года, видя, как их нагло водят за нос и пытаются обмануть, с помощью профессиональных юристов через Следственный комитет МВД по ЦФО инициируют расследование данного дела ввиду вновь открывшихся обстоятельств, причем незаконное прекращение дела было отменено. На этот раз Чекменеву пришлось поволноваться. В 2009 году около шести месяцев в рамках данного дела Анатолию Николаевичу пришлось посидеть в СИЗО, да и в Воронежской области ситуация изменилась радикально. В. Кулаков, являвшийся айсбергом коррупции в регионе, перестал быть губернатором.<br />
<br />
Обычно именно вор громче всех кричит: «Держи вора!»<br />
Воровать и обманывать – пожалуй, это ключевая тенденция развития бизнеса постсоветской России. Нет, не созидать и укреплять, а именно дербанить и растаскивать – это, пожалуй, главное, хотя отметим, что и в Воронежской области есть немало бизнесменов, которые фактически создавали свои производства с нуля. И конечно, в отличие от умения что-то строить и создавать, разрушать реальное производство под личную выгоду – этому не учат ни в университетах, ни в академиях. Этот путь проходят самостоятельно, и соответственно, к этому контрпродуктивному тренду либо есть что-то врожденное, либо приобретенное, либо в самой стране или в конкретной территории, где расположено это производство, созданы определенные условия.<br />
Очевидно, у Чекменева и его предприятия «Рудгормаш» в Воронежской области было и то, и другое. И замысел рейдерского захвата предприятия фактически вынашивался им уже давно. Чекменев был директором, он был одним из акционеров предприятия, а не полным владельцем акций, и именно это в условиях того, что в 2000-х он уже чувствовал себя великим, не давало ему покоя. В особенности его захватила мысль о том, чтобы стать хозяином, реальным хозяином предприятия, и он хотел воплотить ее во что бы то ни стало. Так созрел замысел, появились механизм обмана акционеров, вывода активов и броское клише «рейдеры атакуют». Как дымовая завеса, оно прикрывало все проводимые А. Чекменевым в отношении «Рудгормаша» безобразия, которые и были по факту рейдерским захватом. Получается как в пословице: «Громче всех кричит «Держи вора!» сам вор»…<br />
На сегодняшний день все материалы находятся в суде, а Чекменеву, фактическому хозяину «Рудгормаша», предъявлено серьезное обвинение по четырем статьям Уголовного кодекса, включая «Мошенничество» (ст. 159 ч. 4), «Умышленное банкротство» (ст. 196), «Легализация денежных средств, полученных преступным путем» (ст. 174). Говорят о том, что на этот раз дело для него серьезно и все его попытки обелиться могут закончиться ничем. Рано или поздно придется отвечать по своим деяниям.<br />
Отметим сразу: несмотря на то, что А. Чекменев содержался под стражей с декабря 2009 года до апреля 2010 года, судебные слушания продолжаются, надо отдать ему должное: по большому счету, мы имеем дело с неординарным человеком. Устроить все так, чтобы паразитировать, иметь баснословную личную выгоду и выгоду своего окружения на протяжении более чем десятка лет, сводя на нет функционирование сильного и мощного, а самое главное – перспективного производства – это надо уметь. Более того, «водить за нос» своих партнеров, налоговые и другие государственные ведомства, правоохранительную и судебную системы, руководство региона – на это требуется, безусловно, талант.<br />
И А. Чекменев не унывает и верит в свои не раз проверенные качества и способности. Трудно сказать в отношении нынешних правоохранителей и судебных органов (дыма без огня не бывает), но на пиар-мероприятия денег не жалеют. Привезли на завод небольшое новое оборудование, которое ни на что особенно не влияет, – СМИ освещают это событие так, словно на заводе произошла гигантская модернизация. Подготовили план работы на ближайший год – а со страниц печатных СМИ и Интернет-изданий вещают о том, что «Рудгормаш» – едва ли не лидер воронежской промышленности по стратегическим замыслам. Может быть, представители некоторых воронежских СМИ в самом деле так думают, а может быть, от менеджмента завода они имеют абонемент в 100 тысяч ежемесячно, не считая платы за конкретные материалы. Но это дело совести представителей «четвертой власти».<br />
Нас же интересует другое. Судя по тем фактам, которые стали достоянием гласности, ясно одно – что «Рудгормаш» с А. Чекменевым – это проблемное предприятие, из которого выведено и выкачано все, что только возможно, что нынешний менеджмент и часть акционеров, обладающих реальными рычагами, паразитируют на предприятии, трудовом коллективе и государственных интересах. «Нарыв», который функционирует на территории части Левого берега Воронежа, это источник проблемности и нестабильности в одном из сегментов воронежской промышленности, а фактический руководитель «Рудгормаша» Чекменев стал раковой опухолью воронежского бизнеса, от которой расходятся метастазы разложения, которые влияют на власть и общество. И для того, чтобы разрешить сложившуюся ситуацию, сейчас как никогда требуется даже не экономист, не инвестор, не талантливый менеджер, а хирург, который поможет удалить этот нарыв, эту опухоль и не даст ей разрастись, заразить весь выздоравливающий, приходящий в чувство организм воронежской экономики.<br />
<br />
Анатолий ВОЛОШИН, журналист

Ответить